Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Витруальные облака
 
После субботника к Петру Ивановичу подошёл начальник отдела и, придерживая за локоть, сказал:
- Такое дело, дорогой. Есть у меня хорошие друзья художники. Живут в Юрмале. Там у них домик небольшой... все дела. В августе у них командировка за рубеж. Вот они хотят, чтобы в их доме на это время поселился надёжный человек. Причём бесплатно. Одно условие - кормить кота и поливать цветы. А ты, Петя, человек надёжный и малопьющий. Поэтому дадим тебе отпуск в августе, несмотря на то, что твоя очередь в ноябре. Поедешь, развеешься, и потом с новыми силами, так сказать.
- Вот видишь, Петенька! - сказала мама, - Рано или поздно человеческая порядочность вознаграждается. Ты уж будь там поосторожнее. В Юрмалу всякие женщины ездят. А ты перспективный учёный. Вцепятся - не оторвёшь.
- Мама! - вдохнул Пётр, - До этой Юрмалы ещё столько времени, что состариться можно.
Но времени оказалось не так уж и много. И он сам не заметил, как оказался в купе фирменного поезда 'Латвия'. Вагон был чистый, проводница любезная и соседи по купе неназойливы. И Пётр, поужинав холодной отбивной, которую положила в чемодан заботливая мама, заснул в предвкушении чего-то необычного и важного.
В Риге на привокзальной площади Пётр встал в хвост очереди на такси и заскучал. Очередь казалась бесконечной. Минут через десять к нему подошёл мужчина в кепке и спросил негромко:
- Куда едем?
Пётр порылся в карманах, достал очки и бумажку с адресом и прочитал : 'Асари '.
- За чирик довезу, - сообщил мужик и покрутил на пальце брелок с автомобильными ключами.
- Чирик - это сколько?
- Чирик - это десятка, - улыбнулся мужик и сделал вывод: 'Интеллигент'.
Пётр прошёл за догадливым мужиком на стоянку возле нелепых часов в голове бетонной башни и сел в старый 'Москвич'.
Настроение у Петра Ивановича было прекрасное и улучшалось с каждой минутой. Он разглядывал мелькающие в окне домики предместья, вывески, написанные латиницей, бронзовые тела сосен и чувствовал, что важное и необычное уже началось.
Художники Ирма и Олаф встретили Петра приветливо, дом их был ухожен и аккуратен, кот Мурис дружелюбен. И можно было надеяться, что отпуск, несмотря на мамины опасения, будет удачным.
На следующий день после завтрака приехали грузчики и начали выносить из мастерской досчатые ящики с элементами витражей, которые Олаф и Ирма собирались установить в кирхе шведского городка. Пётр, чтобы не болтаться под ногами, взял ключи от дома, выслушал краткие инструкции Ирмы и поехал электричкой в Ригу. Там он побродил по центральному рынку, полюбовался утками в сквере возле театра, умудрился заблудиться в старом городе, перекусил в уютном кафе и вернулся довольный собой. Хозяева уже уехали. Пётр покормил рыжего Муриса и направился к морю. Он разулся и походил по кромке влажного песка на берегу. Сероватая плоть моря казалась телом огромного животного.
- Мы все - паразиты на этом теле! - сказал Пётр вслух и пошёл к дому.
Так вот и начался отпуск.
В первый же день Пётр решил ходить на пляж ближе к вечеру. Он стеснялся своей незагорелости и наметившегося животика. С утра он уезжал в Ригу, гулял по городу, обедал в столовой неподалёку от памятника Свободы, а вернувшись, шёл к морю. Там он садился на песок и бессмысленно смотрел вдаль. У линии горизонта неподвижно стоял кораблик. Повидимому рыбачье судёнышко. И Пётр сидел и всё ждал, когда же этот кораблик двинется с места. Но он по непонятным причинам оставался там же, где и был. И эта непонятность завораживала.
- Молодой человек! - промурлыкал женский голос, - У Вас найдётся сигарета для дамы?
Пётр обернулся. Позади него стояла молодая женщина в соломенной шляпе и в халатике, наброшенном на бикини. Волосы у неё были зелёные.
- Конечно найдётся, - сказал Пётр, протягивая даме пачку 'Явы'.
- Я такие не курю, - улыбнулась женщина, села рядом с Петром и достала из кармана халатика пачку 'Virginia Slims '.
Я знаю - Вы русалка, - заявил Пётр, щёлкая зажигалкой. - Потому что волосы у Вас зелёные.
- Господи! - засмеялась незнакомка. - Очки надень! Я натуральная блондинка.
Пётр надел очки и убедился в том, что женщина была права.
- Странно как-то всё это, - пробормотал он, - Очень странно. Хотя... Видите вон там на горизонте кораблик? Я уже скоро месяц наблюдаю за ним. А он - ни с места. Может быть дело в том, что пи-мезоны испускают виртуальные облака? А может быть виртуальные облака способны создавать не только пи- мезоны?
- Физик? - спросила женщина и протянула Петру руку, - Данута Тракимавичуте. Так меня зовут. Фамилию можешь сразу забыть, потому что не выговоришь.
- Пётр Иванович Загорский, - сказал Пётр, - Кандидат наук. Работаю над докторской, но всё как-то... Понимаете, я изучаю то, что нормальные люди никогда не увидят. Может быть этого вообще нет. Ну... того, что я изучаю. А это накладывает как- то... ответственность и прочее...
- Я из Каунаса, - продолжала Данута, - А здесь отдыхаю. Неподалёку. В Вайвари. Я за тобой уже несколько дней наблюдаю. Странно, думаю, приходит человек вечером на пляж, садится и часами смотрит на море.
Она похоронила сигаретный окурок в песке и добавила:
- А кораблика там нет и не было никогда.
- В том то и дело, - вздохнул Пётр, - В том то и дело, что Вы не видите, а я вижу.
Данута рассмеялась и Петру стало легко и просто жить рядом с ней.
- Теперь по правилам игры я должен пригласить Вас в ресторан?
- Я по ресторанам с малознакомыми мужчинами не хожу, - сказала Данута, - Потому что во всех ресторанах засели наши пансионатские. Увидят, пойдут разговоры, мужу расскажут... Приличная женщина - это не та, что не изменяет мужу, а та, о которой никто ничего не может сказать плохого.
Так что... ресторан отменяется. Ты меня пригласишь в местный пивбар.
- А Вы замужем? - задал Пётр глупый вопрос.
- Конечно, - сказала Данута, поднимаясь, - Я же намного тебя старше. У меня уже сын скоро школу закончит. И прекрати мне выкать.
- Как это? - удивился Пётр, - Я думал Вы... ты намного моложе. Впрочем, что это я? Извини.
- За что? - засмеялась Данута, - Ты же сказал мне комплимент.
И они неспеша пошли к пивному бару.
По дороге Пётр рассказывал о себе: о своей работе, о женщине, с которой встречался, но оформить отношения им никак не удавалось, об интригах в отделе, о маме.
Пётр никогда не был в пивных. Мама говорила, что там собирается одно отребье, и он маме верил. Но эта пивная ему определённо понравилась. Было чисто. За столиками сидели опрятные люди. Негромко играл на аккордеоне тапёр. Пётр заказал пиво и копчёную рыбу. За столиком, где они с Данутой устроились, неприятный мужчина с наколками на руках приставал к старику в галстуке:
- Нет! Ты конкретно скажи кто ты такой по жизни?
Старик улыбался:
- Я уже говорил Вам, что я есть известный композитор Оскар Строк.
- А докажи! Не докажешь! - щерился гнилыми зубами мужик.
- Что же тут доказывать? - удивлялся старик, обводя пивную глазами в поисках поддержки, - У любого спросите. Меня здесь все знают.
- А ты мне не указывай: захочу спрошу! - ярился мужик, - Ты сам докажи конкретно. Каждый может заявить, что он композитор. А на самом деле и на балалайке играть не умеет.
- Хорошо, - устало сказал старик. - Я сыграю. Специально для Вас.
Старик встал и подошёл к тапёру. А потом, взяв у него инструмент, пробежался пальцами по перламутру клавиш. Стало понятно, что аккордеон попал в правильные руки. Пивная притихла. А старик, наклонив немного голову набок, наполнил зал тягучей и бесстыдной музыкой.
- Это танго! - догадался Пётр Иванович.
Старик играл долго. И Пётру стало казаться, что и его самого, и вот этот бар, и Дануту и всю эту Юрмалу кто- то сочинил. Так же, как эту сладкую музыку.
Он потрогал стул рядом с собой - там был песок, нагретый за день. Пётр испугался и потрогал стул другой рукой - стул был, как стул. Вполне нормальный.
- Мы - виртуальные облака, - грустно сказал он. И может быть, ещё что- нибудь изрёк, но старик перестал играть и уселся за столик.
- А ты докажи! - хрипел мужик с наколками, - Это не доказательство. Это каждый может.
Из-за соседнего столика поднялись двое, подхватили мужика под руки и повели к выходу.
- Пойдём ко мне, - шепнул Пётр. Потом зачерпнул полную горсть песка и насыпал на столе небольшую горку, похожую на горку в песочных часах.
Данута согласно кивнула.
Пётр подошёл к стойке:
- А водку на вынос вы продаёте?
Бармен наклонился: Водку для дамы? Вы что, молодой человек? У меня специально для Вас припасена бутылочка настоящего шартреза.
Пока бармен возился, заворачивая бутылку, Пётр спросил:
- Скажите, этот пожилой человек, что играл недавно, в самом деле композитор?
- Нет. Что Вы? - улыбнулся бармен, - Это просто больной человек. Он придумал сам для себя, что он Оскар Строк. Он много лет два раза в неделю приходит к нам выпить свою кружку пива. Но никто из нас раньше не знал, что он такой хороший музыкант. А настоящий Оскар Строк умер. Да что это я? Подождите минутку. У меня есть пластинка с музыкой маэстро. Я сейчас её поставлю специально для Вас.
Пётр вышел на улицу.
- Ты знаешь, кто такой Оскар Строк? - спросил он у Дануты.
- Не знаю. И знать не хочу! - заявила она, - Пошли скорее. Мне надо вовремя вернуться в пансионат.
- Как это знать не хочешь? - удивился Пётр, - Ведь это он сочинил тебя, любовь и корабль на горизонте.
И они побежали, взявшись за руки, как подростки.
А из двери пивной в прохладу вечера плыло томное и вечное : '...сыграй мне синюю рапсодию... '

- Люблю купаться вечерами! - сказала блондинка, подсушивая полотенцем бёдра.
- Вода, как парное молоко! - поддержала её брюнетка.
Они только что вышли из моря и на их телах поблёскивали капли.
- Смотри, Света! - прошептала блондинка, - Этот чудак всё ещё сидит.
- Ещё тот кадр! - улыбнулась брюнетка, - Приходит после обеда, садится и пялится в море. Интересно, что он там видит? Там же, кроме воды, ничего нет.

Темнело. Пётр Иванович поднялся, стряхнул ладонью песок с брюк, и сказал в ночь :
- Сейчас самое время. Можно к нему подобраться незаметно.
И как был в босоножках и брюках вошёл в море. Метров пятьсот он брёл в воде по пояс. Но потом отмель обернулась бездной и Пётр пошёл ко дну. В груди стало горячо и он понял, что умер. Понял и испугался реальности, равнодушию и неумолимости этой смерти. А как только испугался, волна подняла его и вернула на отмель. Пётр пошёл к берегу. По пути его стошнило. Он вышел на берег и огорчился, что потерял босоножку с левой ноги.
- Я извиняюсь. - сказал он девушкам, - Я забыл, что не умею плавать. Я извиняюсь.
- Дебил! - сказала блондинка, - Мы думали, что ты топиться пошёл.
Пётр посмотрел на море. Оно уже не простиралось в горизонтальной зыбкой плоскости. Шляпками гвоздей поблёскивали редкие звёзды. И с них чёрным пологом свисала морская плоть. А наверху покачивался маленький золотой кораблик.
- Это хорошо. - обрадовался Пётр Иванович, - А то я боялся, что спугнул.
Он подхватил полотенце и отправился кормить проголодавшегося Муриса.
 
Rambler's Top100 Rambler's Top100 Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Рейтинг@Mail.ru
Жена Никодимыча
Поздравляем! Вы - Жена Никодимыча! Круче Вас только горы! Вас боится и слушается сам Никодимыч! Мы тоже к Вам со всем уважением и почтением.
Пройти тест