Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Георгий Иванов
 

 
  
 


***
Черная кровь из открытых жил,
И ангел, как птица, крылья сложил...
Это было на слабом, весеннем льду
В девятьсот двадцатом году.
Дай мне руку, иначе я упаду -
Так скользко на этом льду.
Над широкой Невой догорал закат,
Цепенели дворцы, чернели мосты -
Это было тысячу лет назад,
Так давно, что забыла ты.

1931.

***
Я люблю эти снежные горы
На краю мировой пустоты.
Я люблю эти синие взоры,
Где, как свет, отражаешься ты.
Но в бессмысленной этой отчизне
Я понять ничего не могу.
Только призраки молят о жизни,
Только розы цветут на снегу,
Только линия вьется кривая,
Торжествуя над снежно-прямой,
И шумит чепуха мировая,
Ударяясь в гранит мировой.

1931.

***

Ни светлым именем богов,
Ни темным именем природы!
...Еще у этих берегов
Шумят деревья, плещут воды-
Мир оплывает, как свеча,
И пламя пальцы обжигает.
Бессмертной музыкой звуча,
Он ширится и погибает.
И тьма - уже не тьма, а свет.
И да - уже не да, а нет.

***
...И не восстанут из гробов
И не вернут былой свободы -
Ни светлым именем богов,
Ни темным именем природы!
Она прекрасна, эта мгла.
Она похожа на сиянье.
Добра и зла, добра и зла
В ней неразрывное слиянье.
Добра и зла, добра и зла
Смысл, раскаленный добела.

1937.

***
Лунатик в пустоту глядит,
Сиянье им руководит,
Чернеет гибель снизу.
И даже угадать нельзя,
Куда он движется, скользя,
По лунному карнизу.
Расстреливают палачи
Невинных в мировой ночи -
Не обращай вниманья!
Гляди в холодное ничто,
В сиянье постигая то,
Что выше пониманья.

1950.

***
Листья падали, падали, падали,
И никто им не мог помешать...
От гниющих цветов, как от падали,
Тяжело становилось дышать.
И неслось светозарное пение
Над плескавшей в тумане рекой,
Обещая в блаженном успении
Отвратительный вечный покой.

1958.

***
Стоят сады в сиянье бело-снежном,
И ветер шелестит дыханьем влажным.
- Поговори со мной о самом важном,
И самом страшном, и о самом нежном,
Поговорим с тобой о неизбежном:
Ты прожил жизнь, ее не замечая,
Бессмысленно мечтая и скучая,-
Вот наконец кончается и это...
Я слушаю его, не отвечая,
Да он, конечно, и не ждет ответа.

1958.

***
Эмалевый крестик в петлице
И серой тужурки сукно...
Какие печальные лица
И как это было давно.
Какие прекрасные лица
И как безнадежно бледны -
Наследник, императрица,
Четыре великих княжны...

1950.

***
Упал крестоносец средь копий и дыма,
Упал, не увидев Иерусалима.
У сердца прижата стальная перчатка,
И на ухо шепчет ему лихорадка:
- Зароют, зароют в глубокую яму,
Забудешь, забудешь Прекрасную Даму,
Глаза голубые, жемчужные плечи... -
И львиное сердце дрожит, как овечье.
А шепот слышнее:-
Ответь на вопросе!
Не ты ли о славе мечтал, крестоносец,
О подвиге бранном, о битве кровавой?
Так вот умирай же, увенчанный славой!

(1935-1958)

***
Но черемуха услышит
И на дне морском простит...
О. Мандельштам.
Это было утром рано
Или было поздно вечером
(Может быть, и вовсе не было).
Фиолетовое небо
И, за просиявшим глетчером,
Черный рокот океана.
...Без прицела и без промаха,
А потом домой шажком...
И оглохшая черемуха
Не простит на дне морском!

(ок. 1953-1954)
 
Rambler's Top100 Rambler's Top100 Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Рейтинг@Mail.ru
Жена Никодимыча
Поздравляем! Вы - Жена Никодимыча! Круче Вас только горы! Вас боится и слушается сам Никодимыч! Мы тоже к Вам со всем уважением и почтением.
Пройти тест